Кризис животноводства: как французская коза стала рентабельной

Проходящий в Париже с 29 февраля по 6 марта Сельскохозяйственный салон дал возможность французским животноводам снова открыто выразить свой гнев и отчаяние. «Я животновод, меня гибель ждет!» — этими словами, а также свистом и негодующими выкриками многие из них встречали на Салоне президента и премьер-министра Франции Франсуа Олланда и Манюэля Вальса.

Фермеры, выращивающие крупный рогатый скот и свиней, требуют справедливых закупочных цен. В их падении ниже себестоимости крестьяне винят переработчиков и особенно торговые сети с их политикой низких цен. Правительство признает, что 40 000 животноводческих хозяйств Франции находятся в критическом состоянии.

В возмущенном мычании и похрюкивании на французских фермах благостное козье блеяние звучит явным диссонансом. Козоводство вновь обрело рентабельность — после 6 лет тяжелого кризиса. За стабилизацию отрасль, правда, заплатила высокую цену. Как отмечает France-Presse, 15-20% козоводческих хозяйств Франции были вынуждены закрыться за время кризиса.

Проблемы начались в 2009 году с падением спроса на козьи сыры, по производству и потреблению которых Франция занимает первое место в мире, опережая Испанию и Голландию. Наступил кризис перепроизводства на фоне значительного импорта испанского и голландского козьего молока по низким ценам.

Трехлетие перепроизводства завершилось падением объемов: в 2012-2013 году надои ежегодно падали на 7-8%. Для сравнения: за десятилетие «нулевых» производство козьего молока во Франции выросло более чем в полтора раза — с 327 до 527 миллионов литров в год. В результате кризиса падение составило 70 млн литров, или 15%.

Во Франции возник дефицит сырья для производства козьего сыра, и переработчики были вынуждены поднять закупочные цены на молоко. Вдобавок в рост пошло потребление козьих сыров: за 2015 год оно выросло на 6%.

Сейчас закупочные цены на козье молоко стабилизировались во Франции на уровне 700 евро за тонну — на 100 евро больше, чем во время кризиса отрасли. И козоводы воспряли духом. В отличие от коллег-поставщиков коровьего молока: его закупочная цена с 2014 года упала на 100 евро, и сейчас не превышает 300 евро за тонну. Французские молочники оценивают себестоимость в 330 евро, говоря, что для развития и инвестирования им нужна цена на уровне 400 евро.

Вышли из кризиса французские фермеры-козоводы с большими потерями. Число хозяйств сократилось с 6000 до 5000. В стране обанкротилось 20% ферм, поставлявших молоко крупным сыродельческим предприятиям. С меньшими потерями прошли кризис те фермы, которые сами производили сыры из собственного сырья.

Недавние трудности отрасли — «хрестоматийный пример» для французских фермеров-молочников. Так считает глава национальной ассоциации козоводов Франции Жаки Саленгард. Видимо, поставщикам коровьего молока тоже придется смириться с массовыми банкротствами, после которых отрасль может надеяться на стабилизацию.

Впрочем, стабильность для тех, кто разводит французских коз, остается шаткой, — предупреждает Жаки Саленгард. Эксперты отмечают, что фермерам повезло: производство козьих сыров в обороте молочных компаний-гигантов составляет незначительную долю, и им гораздо проще идти на уступки козоводам, нежели повышать закупочные цены на коровье молоко.

Для сохранения рентабельности фермеры-козоводы должны не допустить нового кризиса перепроизводства в будущем, — подчеркивает в интервью France-Presse Доминик Верно, представляющий отрасль во французской Федерации молочной промышленности. Козоводы не без оснований опасаются, как бы отчаявшиеся коллеги не начали массово распродавать своих коров, переходя на более выгодное выращивание молочных коз и создавая новую угрозу перепроизводства.

Проблема избытка продукции вообще остается ключевой для всего французского сельского хозяйства. Многие эксперты не устают повторять, что единственный путь выживания для фермеров Франции — переход на производство биологически чистых, эксклюзивных продуктов на небольших фермах. Именно такие хозяйства чувствуют себя хорошо в нынешнем кризисе. Соревнование же за промышленные объемы в сельском хозяйстве Франция, видимо, обречена проигрывать другим странам. Поэтому говоря о будущем французского сельского хозяйства, остается лишь вспомнить знаменитый тост из культовой советской кинокомедии: «Мой прадед говорит: имею желание купить дом, но не имею возможности. Имею возможность купить козу, но не имею желания.
Так выпьем за то, чтобы наши желания совпадали с нашими возможностями».

Франция по-прежнему остается первой агарной державой Европы, хотя доля сельского хозяйства в ее ВВП за последние 35 лет упала вдвое — до 3,5% с 6% в 1980 году.